На окнах от запрятанных гримас.
А белый дым, сгущенный в катафалке,
Несется медленной и ласковой рекой.
И если это март, то сонные фиалки
Распродаются сморщенной рукой.
Особенная тишина. В ушах вуаль густая;
Дворец и мост, врачебный кабинет.
И если это март. то синь, безмолвно тая,
Вдруг обнажает каменный скелет.
Мгновенье — стук. Мгновенье очень страшно.