Ратайчак: Это относится не к этому случаю, гражданин прокурор.
Вышинский: А вот мы сейчас разберем. Когда этот пожар был?
Ратайчак: В 1936 году.
Вышинский: В ночь с 1 на 2 августа?
Ратайчак: Да.
Вышинский: Пожар вы организовали?
Ратайчак: Нет. Я показывал о диверсии, которая была в апреле-мае 1934 года, когда по моему заданию был организован вывод из строя одного из кислотных цехов.
Вышинский: Значит, было две диверсии: одна по вашему указанию о выводе из строя одного из цехов и другая - пожар в ночь на 2 августа 1936 года?
Ратайчак: Да.
Выхинский: А было так, что после этого пожара вы велели немедленно приступить к расчистке, хотя это было связано с опасностью для жизни рабочих? [c.146]