По этому поводу обвиняемый Радек на допросе 4 декабря 1936 года показал:
“…Утверждение Троцкого об его контакте с представителями ….. правительства не было простой болтовней. В этом я мог убедиться из разговоров, которые мне приходилось иметь на дипломатических приемах в 1934-35 гг., с военным атташе г. ….. и с пресс-атташе ….. посольства г. ……, очень хорошо осведомленным представителем Германии.
Оба они в осторожной форме давали мне понять, что у ….. правительства существует контакт с Троцким”.
И далее:
“Я сказал г. К., что ожидать уступок от нынешнего правительства - дело совершенно бесполезное, и что ….. правительство может рассчитывать на уступки “реальных политиков в СССР”, т. е. от блока, когда последний придет к власти” (т. 5, л.д. 119, 121).
Обвиняемый Сокольников также признал, что, используя свое служебное положение заместителя народного комиссара по иностранным делам, он, по указаниям Л.Д. Троцкого, вел тайные переговоры с представителями одного иностранного государства. [c.13]
Обвиняемый Сокольников показал:
“По окончании одной из официальных бесед, происходившей у меня в кабинете, когда г. ….. и секретарь посольства собрались уходить, г. ….. несколько задержался.
В это время оба переводчика вышли уже из кабинета. Воспользовавшись этим, г. …… в то время, как я его провожал к выходу, обменялся со мной несколькими фразами. Г. …. сказал мне: “Известно ли Вам, что г-н Троцкий сделал некоторые предложения моему правительству?”
Я ответил: “Да, я об этом осведомлен”.