Таким образом, вся тяжесть борьбы по-прежнему ложилась на истощенные части добровольческого корпуса и Донской армии. Расположившись на более сокращенном фронте и несколько оправившись, эти части несколько подняли свою боеспособность, что затянуло борьбу в ростовском районе.
Главные силы Юго-Восточного фронта, пытавшиеся развить преследование противника с ростовского и новочеркасского направлений 15 и 16 января, встретили неожиданно сильный отпор противника.
Командование «вооруженными силами юга России», учитывая стремление Донской армии вернуться обратно на Дон, в начале февраля предполагало общий переход в наступление с нанесением главного удара по тылам ростовской группы красных войск. В свою очередь, командование Кавказским фронтом замышляло глубокий обход конницей Буденного общего расположения «вооруженных сил юга России» со стороны ст. Тихорецкой, пользуясь выходом частей X армии в конце января на линию р. Маныча. Конная армия Буденного уже 13 февраля двинулась на ст. Тихорецкую. Со стороны «вооруженных сил юга России» это направление прикрывалось полуразвалившейся Кубанской армией в количестве не более 3 тысяч штыков и сабель.
Для усиления этого направления и борьбы с конницей Буденного командование «вооруженными силами юга России» перебрасывало в направлении на ст. Торговую всю донскую конницу под командою генерала Павлова.
Отбросив дивизию Гая, Павлов 17 февраля 1920 г. атаковал главные силы Буденного под Шаблиевской, но был отбит и 18 февраля начал отход к ст. Егорлыцкой, при чем половина его корпуса вымерзла во время бурана в безлюдной степи, и в его корпусе вместо 10–12 тыс. сабель, осталось не более 4–5 тысяч. Неудача корпуса Павлова и почти полная его гибель обеспечивала полную оперативную свободу конницы Буденного. Гибель донской конницы не могла возместиться временным занятием добровольческим корпусом 27 февраля Ростова и Нахичевани.
Конница Буденного, переправившись 19-го февраля в районе ст. Великокняжеской через р. Маныч, продвигалась на тихорецком и ставропольском направлениях; за нею двигались авангарды X армии.
Неудача донской конницы определила начало окончательной агонии «вооруженных сил юга России». Противник быстро и по всему фронту начал отходить к югу. 2 марта красные войска ростовской группы заняли Батайск, а 9 марта уже вступали в Ейск; в этот же день конница Буденного заняла ст. Тихорецкую.
«Вооруженные силы юга России», разбившись на три группы, отходили: одной группой (часть кубанцев и Донская армия) на Екатерино-дар — Новороссийск, главными силами Кубанской армии на Майкоп — Туапсе и добровольческим корпусом на нижнее течение Кубани, через ст. Тимашевскую. Последние остатки сил противника в Терско-Дагестанском крае пробивались в Грузию.
Командование противника предполагало задержаться за сильной водной преградой р. Кубани, устроиться там и выждать возможной перемены обстановки в свою пользу. Отход за Кубань ставил «вооруженные силы юга России» в очень опасное положение на случай падения оборонительной линии р. Кубани, так как они тогда оказывались припертыми к морю с необходимостью либо производить погрузку на суда в единственно возможном для того пункте — Новороссийске, либо уходить по побережью Черного моря на юг под фланговыми ударами советских войск. Положение их затруднялось отсутствием предварительно разработанного плана эвакуации, малочисленностью морских транспортных судов и обилием беженцев, следовавших за войсками.
Энергичное преследование советских войск и угрожающее падение боеспособности в остатках армий «вооруженных сил юга России» делали крайне сомнительными надежды командования противника на возможность удержаться за р. Кубанью. 17 марта после короткого боя красные войска овладели Екатерине даром, и главные силы противника отошли за Кубань, имея на новороссийском направлении Донскую армию и западнее ее по нижней Кубани от устья до станции Ольгинской добровольческий корпус. На правом фланге Донской армии в районе Усть-Лабинс-