В самые трудные годы реакции и спада революционного движения, несмотря на частые аресты и высылки, товарищ Сталин принимает все большее участие в руководстве всей фракцией большевиков.
Товарищ Сталин целиком поддерживал план Ленина о возрождении и укреплении партии посредством создания принципиального блока большевиков с меньшевиками-плехановцами, которые боролись тогда с ликвидаторами и отстаивали нелегальную партию. В своем письме из сольвычегодской ссылки 31 декабря 1910 г. он писал: «По моему мнению, линия блока (Ленин — Плеханов) единственно нормальная: 1) она и только она отвечает действительным интересам работы в России, требующим сплочения всех действительно партийных элементов; 2) она и только она ускоряет процесс освобождения легальных организаций из-под гнета ликвидаторов, вырывая яму между рабочими-меками и ликвидаторами, рассеивая и убивая последних»[31].
В противовес принципиальному партийному блоку Ленина — Плеханова, большевиков и меньшевиков- партийцев Троцкий начал сколачивать свой блок врагов нелегальной революционной партии, беспринципный, антипартийный Августовский блок ликвидаторов всех мастей.
Товарищ Сталин решительно выступил на поддержку Ленина в борьбе с троцкистской авантюрой. В том же письме из сольвычегодской ссылки он писал: «Троцковский блок… — это тухлая беспринципность, маниловская амальгама разнородных принципов, беспомощная тоска беспринципного человека по „хорошему“ принципу. Логика вещей строго принципиальна по своей природе и она не потерпит амальгам»[32].
Поддерживая Ленина, полностью с ним солидаризируясь, товарищ Сталин в «Письме с Кавказа», напечатанном в № 11 «Социал-Демократа», центральном органе партии, громит ликвидаторов, троцкистов и «примирителей», призывая покончить с ненормальным положением, которое создалось в большевистской фракции вследствие предательского поведения Каменева, Зиновьева и Рыкова.
Наряду с этим товарищ Сталин выдвинул ряд очередных задач в целях осуществления ленинской линии партии, а именно: созыв общепартийной конференции, издание в России легальной общероссийской партийной газеты и создание нелегального практического партийного центра в России.
В 1911 г. товарищ Сталин снова бежал из ссылки и на этот раз по решению ЦК партии обосновался в Петербурге. Скоро его вновь арестовали и выслали в Вологодскую губернию.
В «верхах» РСДРП был основательный разброд. В руководящих центрах партии Ленин часто оставался в меньшинстве. В этих трудных условиях напряженной борьбы Ленина с оппортунистами и «примиренцами» товарищ Сталин был постоянным и неизменным сторонником Ленина во всех партийных перипетиях; на протяжении всей своей деятельности он ни разу не отступал от Ленина как в своих теоретических, принципиальных позициях, так и во всей своей практической работе. Своей идейной и организационной работой он сильно облегчал борьбу Ленина с колеблющимися, потерявшими веру в большевизм и по существу руководил большевистскими организациями в России.
После того как ликвидаторы сбросили маски, начав открыто разрушать партию и легализоваться, после того как «примирители» всех мастей и троцкизм были разоблачены, дело восстановления и укрепления нелегальной революционной партии быстро пошло вперед. Образовалась Российская организационная комиссия во главе с Серго Орджоникидзе, которая развернула по-ленински подготовительную работу по созыву общепартийной конференции, осуществляя, таким образом, задачу, которую товарищ Сталин выдвинул еще в начале 1910 г. Ленин с полным удовлетворением отмечал, что теперь «паровоз поднят и поставлен на рельсы»[33].
В своем письме из Сольвычегодска товарищ Сталин писал: «Мне остается шесть месяцев. По окончании срока я весь к услугам. Если нужда в работниках в самом деле острая, то я могу сняться немедленно»[34]. И действительно, через некоторое время товарищ Сталин «снялся».