Нетрудно понять, что при таких условиях совещание, созываемое в Москве на 12 августа, неминуемо превратится в орган заговора контрреволюции против рабочих, которым угрожают локаутами и безработицей, против крестьян, которым „не дают“ земли, против солдат, которых лишают свободы, добытой в дни революции, в орган заговора, прикрываемого „социалистическими фразами“ эсеров и меньшевиков, поддерживающих это совещание.
Поэтому задача передовых рабочих:
1) Сорвать с совещания маску народного представительства, выставив на свет его контрреволюционную, противонародную сущность.
2) Разоблачать меньшевиков и эсеров, прикрывающих это совещание флагом „спасения революции“ и вводящих народы России в обман.
3) Организовать массовые митинги протеста против этой контрреволюционной махинации „спасателей“… барышей помещиков и капиталистов.
Пусть знают враги революции, что рабочие не поддадутся обману, что они не выпустят из рук боевое знамя революции»[46].
И действительно, московские пролетарии ответила на призыв партии всеобщей забастовкой протеста, в которой участвовало свыше 400 тысяч человек.
«Москва бастует. Да здравствует Москва!» — писал в те дни товарищ Сталин.
За кулисами Московского совещания, при участии Керенского, с ведома Церетели и при содействии меньшевиков и эсеров подготовлялся корниловский мятеж, который грозил залить Россию кровью рабочих и крестьян. В эти критические дни партия мобилизовала все свои силы для отпора контрреволюции.
В статье «Мы требуем» товарищ Сталин писал: «В происходящей теперь борьбе междукоалиционным правительством и партией Корнилова выступает не революция и контрреволюция, а два различных метода контрреволюционной политики, при чем партия Корнилова, злейший враг революции, не останавливается перед тем, чтобы, сдав Ригу, открыть поход против Петрограда для того, чтобы подготовить условия для восстановления, старого режима»[47].