На нем незнакомая ей куртка, и борода его стала еще длиннее. Он делает два шага ей навстречу, звенят кандалы, он неловко подхватывает их рукой.
— О, Джон!
— Мэри!
Они держатся за руки, едкие слезы мешают им глядеть друг на друга. Сердце женщины готово остановиться под непосильным бременем. Но мужчина замечает это, он бережно усаживает ее на табурет, он говорит ей, что он совсем спокоен.
— Я прожил долгую жизнь, Мэри. Все, что случилось, — к лучшему…
Голос мужа доносится до нее, словно сквозь глубокую воду.
— Я привезла тебе теплые носки, — говорит она машинально.
Браун радуется этому проявлению жизни в ней. Он расспрашивает ее о доме, о детях. Оставили они под паром восточное поле? А изгородь исправлена? Когда пойдет в школу Нэл? Он хотел бы, чтобы все его дети получили хорошее образование.
Мэри Дэй трогает рукой его кандалы.
— Это будет завтра, Джон?