— А я так думаю, — глубокомысленно почесывая затылок, ответил Чекин, — что отдай ты мне свои папиросы, я посижу тут маленько, а ты смотайся с ним и с собаками на корабль...
Тут уже Ефиму стало неловко:
— Нет, коли такое дело, тогда давайте разом лететь... Пусть остаются псы...
— Чепуха! Вы и помыться не успеете, как я буду на корабле. Вали, Матюша, — сказал он Закалову.
— Тогда садитесь! — скомандовал летчик. — Виктор, собак подай и ремнями привяжи, а то парашютов для них не напасли...
— Лети! Лети, старик! — сказал Виктор, помогая Ефиму усесться. Затем он подал ему собак, привязал их ремнями. — Ну, поехали, что ли! — и закурил папиросу.
Ефим наклонился к нему, обнял и крепко поцеловал в губы.
— Спасибо! Век не забуду! Эх ...
Самолет скользнул по льдине и понесся над черной водой.