Нюшка пообещала ничего не утаивать.
Белька-спаситель
Перед поездкой в становище несколько дней выдалось свободных. Отец предложил всей семьей съездить за яйцами. На «базаре»[10] предполагали провести два-три дня. Там у них были оставлены с прошлого года ящики. Чтобы не дать кайрам испортить промысел насиживанием, они собирали первые яйца, еще в начале июня, и упаковывали их в ящики. После когда залив освобождался ото льда, перегружали добычу в карбас. Так ящики и зимовали из года в год на островке.
На этот раз, кроме боевой винтовки, отец взял с собой и мелкокалиберную.
— Это, — сказал он, укладывая оружие на сани, — для тебя, дочка. Может гусей встретим, будешь сама промышлять... Поучиться не худо.
Нюшка сама будет бить гусей, промышлять, как отец. Девочка пела и плясала от радости.
Одной упряжки было мало. Решили во вторые сани впрячь Бельку. Все равно одного оставлять нельзя, — ведь кормить его некому будет.
«Птичий базар» находился на островке, в глубине залива, километрах в пятнадцати от их избушки. Сначала нужно было ехать на восток, потом обогнуть островок с севера и подняться по пологому западному склону.
Яркое солнце играло на небе и устилало дорогу пылающими самоцветами. Временами, когда наползали тучи, становилось холодно. Но они были тепло одеты, и мороз только бодрил их. Нюшка всю дорогу хохотала. Отец и мать улыбались.
Прошло полтора часа, и островок превратился в гранитную глыбу, отвесно вздымающуюся из черной глубины залива. Но чем ближе подъезжали, тем хуже становилась дорога. Приливы и отливы в эту пору взламывали здесь лед.