5. «Об этом нельзя забывать»
Дело было 30 мая 1937 г., в день национального праздника, когда Америка чтит своих солдат, павших на поле боя. На большом поле, прилегающем к заводу компании «Рипаблик стил», в южной части Чикаго, перед вечером собралось около тысячи мужчин, женщин и детей. Это были бастующие рабочие завода и их семьи, рабочие других заводов, их друзья и сочувствующие, которые явились, чтобы провести демонстрацию перед заводом «Рипаблик стил» в знак протеста против антирабочей политики компании.
«Я не заключу ни устного, ни письменного договора с такой безответственной, вымогательской, коммунистической организацией, как КПП», — вызывающе заявил президент «Рипаблик стил» Том Гердлер. «Рипаблик стил» была единственной крупной сталеплавильной компанией, рабочие которой еще не вступили в КПП.
Стоял прекрасный, теплый воскресный день, и среди демонстрантов царило веселье. В ожидании начала демонстрации они собирались небольшими группами, весело болтали, смеялись, распевали песни. Женщины были в светлых летних платьях, многие мужчины — без пиджаков. Легкий ветер лениво колыхал два американских флага, высившихся в центре толпы.
Только одно обстоятельство нарушало общую гармонию. Посреди поля между собравшимися демонстрантами и заводом «Рипаблик стил» стояло несколько сот полицейских с дубинками в руках. Большинство их было сгруппировано так, что они заграждали грунтовую дорогу, пересекавшую поле. Позади стояли резервные отряды и полицейские машины.
Вскоре после четырех часов около 300 демонстрантов двинулись в путь. Они шли длинной нестройной колонной по грунтовой дороге и по полю. Впереди два человека несли американские флаги. Демонстранты выкрикивали лозунги, высоко поднимая знамена и плакаты с надписями: «Вступайте в КПП!» «Рипаблик стил» — против народа!», «Рипаблик стил» нарушает законы о труде».
На середине поля им преградила путь полиция. Демонстранты остановились. Молодой человек, шедший между знаменосцами, стал уговаривать полицейских пропустить демонстрацию дальше. Демонстранты столпились вокруг него, внимательно слушая его разговор с полицейскими. Некоторые из демонстрантов кричали, что муниципалитет дал. разрешение на демонстрацию и полиция не имеет права им мешать. Полицейские беспокойно шевелились, подтягивали пояса, потрагивали свои дубинки. На поле почувствовалось зловещее напряжение.
Вдруг, без всякого предупреждения, как бы по заранее условленному сигналу, многие полицейские размахнулись и швырнули в толпу слезоточивые бомбы. В то же время с ужасающей неожиданностью раздался револьверный залп.
Десятки людей упали на землю. Остальные обратились в паническое бегство. Полиция кинулась за ними, избивая бегущих дубинками. Под перемежающийся треск револьверных выстрелов и вопли раненых полицейские окружали то одного, то другого демонстранта и избивали его дубинками до потери сознания. Группы полицейских стояли над упавшими жертвами, продолжая колотить их. Мужчины и женщины с окровавленными лицами, спотыкаясь, как пьяные, бежали через поле, стараясь спастись от своих преследователей.
Так началась расправа, ознаменовавшая этот праздничный день. Преподобный Чарльз Б. Фиск, присутствовавший с киноаппаратом на демонстрации в качестве наблюдателя от группы чикагских священников, обследовавших нарушения гражданских свобод, впоследствии рассказывал: