«Каждый член комитета приглашается индивидуально, а не как представитель своей компании, и название комитета нигде не упоминается… Работа новой комиссии [комиссии производственных отношений] будет дополнять и расширять, а не подменять работу комитета. Возможно, даже не потребуется созывать особых заседаний, поскольку необходимое руководство работой комиссии производственных отношений можно будет осуществлять на наших очередных совещаниях».
Но по мере того, как «новый курс» все более определялся, комитету становилось ясно, что его члены не могут действовать достаточно эффективно внутри правительства. Тогда, по мнению комитета, возникла необходимость в широкой кампании против Рузвельта и против профсоюзного движения.
Для консультации были приглашены специалисты по рекламе и специалисты в области производственных отношений. Под руководством Каудрика был подготовлен подробный разбор намечавшихся законов в пользу рабочих; он был разослан членам комитета для тщательного изучения. По предложению Сайруса Чинга из компании «Юнайтед Стейтс раббер», «информационная служба» комитета была значительно расширена.[66] Оставаясь по-прежнему за кулисами и используя средства, имевшиеся в распоряжении сочувственно настроенных коммерческих организаций, комитет повел хорошо подготовленную пропагандистскую кампанию против профсоюзов и за сохранение системы «открытых цехов». В меморандуме по вопросу о содействии, которое встретил комитет со стороны различных организаций, проводя эту кампанию, Каудрик отмечал:
«Я установил чрезвычайно полезный контакт с отдельными лицами и организациями, включая Национальную ассоциацию промышленников, Торговую палату Соединенных Штатов, Национальную автомобильную торговую палату и вашингтонские конторы некоторых компаний, представленных в «Комитете особой конференции». Я действовал большей частью через эти знакомства, а не непосредственно через официальных лиц, так как мне казалось, что лучше не обращать на себя внимания и не создавать впечатления, будто я оказываю давление на членов конгресса».
Как сообщал в своем меморандуме Каудрик, Национальная ассоциация промышленников и Торговая палата Соединенных Штатов «проявили чрезвычайное доброжелательство и готовность к услугам, и это не удивительно, если учесть, что большинство компаний, представленных в комитете, вносят обеим этим организациям крупные суммы».
Утверждение конгрессом закона о трудовых отношениях, несмотря на огромные усилия, приложенные комитетом, чтобы провалить его, поставило перед комитетом множество новых проблем. Как сообщалось в отчете комитета за 1936 г., в котором содержался и обзор деятельности комитета со дня его основания в 1919 г.:
«За все прошедшие восемнадцать лет еще не было такого трудного года, как 1936… В результате нового законодательства и агрессивности профсоюзных руководителей трудности во взаимоотношениях с рабочими возросли… Комитет проявлял в 1936 г. необычайную активность…»
Резкое изменение обстановки потребовало и новой тактики в борьбе против рабочего движения. В качестве одного из новых тактических приемов комитет рекомендовал в своих меморандумах привлечение «населения» и черносотенных элементов для поддержки борьбы крупных компаний за сохранение системы «открытых цехов». В меморандуме, описывавшем применение этой тактики во время забастовки на заводе «Гудйир раббер К°» в Акроне, Каудрик писал:
«В воскресенье бывший мэр Акрона С. Нельсон Спаркс принял на себя руководство лигой охраны закона и порядка… В своем выступлении по радио он предложил приезжим агитаторам убраться из города. В то же время на губернатора снова оказывается давление, чтобы он прислал войска штата для охраны порядка».
Одновременно «Комитет особой конференции» приступил в широком масштабе к изучению различных американских фашистских организаций, которые можно было бы использовать для срыва забастовок и для других действий, направленных против рабочих. В числе таких групп, о которых шла речь в меморандумах комитета, были «Койституционно-воспитательная лига», «Крестоносцы», «Часовые республики» и «Люди Америки».