После Пирл Харбора все людские и промышленные ресурсы страны были с молниеносной быстротой мобилизованы под руководством президента Рузвельта для подготовки к крупным военным действиям. В течение немногих месяцев миллионы американских граждан, как мужчин, так и женщин, были призваны в армию; одни из них были отправлены за море, другие проходили усиленным темпом военную подготовку в громадных учебных лагерях, созданных по всей Америке; линии подвоза, соединявшие страну с десятью фронтами, протянулись через все океаны и континенты, составляя в общей сложности более 56 тыс. миль. Названия десятков ранее никому неизвестных мест — Батаан, Мидуэй, Гвадал канал, Окинава, Анцио, Буна, Гуам, Уэйк, Тарава, Бизерта — теперь вошли в быт каждого американца; в этих местах американские солдаты и моряки наступали на суше, на море и в воздухе на войска «оси».
Зимой 1942 г. американские войска, переправившись на транспортных судах через Атлантический океан, высадились в Северной Африке. 6 июня 1944 г. союзники, начав так называемую операцию «Оверлорд», пересекли Ламанш, высадили свои войска в Нормандии и открыли долгожданный второй фронт.
На «внутреннем фронте» американцы полностью оправдывали заявление Рузвельта, назвавшего Америку арсеналом демократии. Через год после Пирл Харбора Америка уже производила столько же военных материалов, сколько все страны «оси» вместе взятые. За время войны, вплоть до разгрома Японии, Соединенные Штаты поставили по ленд-лизу своим союзникам почти на 50 млрд. долларов различных военных материалов, нефтепродуктов, продовольствия, промышленного оборудования, сырья и т. д.
Через две недели после вступления Америки в войну руководители профсоюзов, объединявших около 11 млн. американских рабочих, заявили о добровольном отказе рабочих от своего права на забастовки. Во всех отраслях промышленности были созданы объединенные комитеты рабочих и предпринимателей, боровшиеся за расширение производства и выступавшие арбитрами при разногласиях между рабочими и администрацией. К 1944 г. таких комитетов насчитывалось 5 тыс., в них состояло 50 тыс. членов и они представляли 8 млн. рабочих.
15 мая 1944 г., за три недели до высадки американских войск во Франции, главнокомандующий американским флотом адмирал Эрнест Т. Кинг заявил:
«Громадная помощь, которую оказал промышленный фронт наступательным операциям американских войск, навсегда останется в памяти у всех как свидетельство заслуг американского рабочего. Трудно передать, сколько он делает для того, чтобы помочь нам выиграть войну».
А верховный командующий на европейском театре военных действий генерал Дуайт Эйзенхауэр в конце войны говорил:
«Не раз, когда критическое положение требовало чрезвычайных усилий, наши профсоюзы оказывали нам патриотическую поддержку. Американские рабочие по праву делят с американскими солдатами лавры побед, одержанных нами в этой войне». Число членов американских профсоюзов выросло с 8 944 000 чел. в 1940 г. до 14 796 000 чел. в 1945 г.. Существенное отличие второй мировой войны от войны 1914–1918 гг. состояло в том, что вторая мировая война дала толчок новому подъему демократического духа в Америке. «Во время войны, — писал впоследствии в своем докладе «Американский союз гражданских свобод», — национальное единство и введенные правительством в силу необходимости меры контроля привели, с одной стороны, к сохранению в неприкосновенном виде и даже к расширению демократических свобод, а с другой — к поразительному отсутствию таких явлений, как истерия и нетерпимость». [93]
Президент Рузвельт создал комиссию по обеспечению справедливого найма рабочей силы. Эта комиссия должна была проводить в жизнь приказ президента № 8802, который требовал, чтобы «при найме рабочих на предприятия оборонной промышленности и на государственные предприятия не проводилось никакой дискриминации по признакам расы, цвета кожи, национальности или вероисповедания». Коммунисты были официально признаны участниками широкой коалиции, поддерживавшей военные усилия США. 5 февраля 1944 г. генеральный адъютант армии США генерал-майор Джеймс А. Юлио разослал инструкцию, разрешавшую присвоение офицерских званий военнослужащим — членам коммунистической партии. Когда же комиссия палаты представителей по военным делам начала в связи с этой директивой расследование, а реакционная газета «Чикаго трибюн» открыла кампанию против специально избранных ею для этого 23 офицеров-коммунистов, начальник разведывательной службы американской армии генерал-майор Клейтон Биссел заявил: «Военные документы свидетельствуют о лойяльности этих офицеров. но выступавшее против вступления Америки в войну, которая тогда еще не была народной войной, подвергалось всевозможным репрессиям. В то же время комитету «Америка прежде всего» и другим профашистским и изоляционистским организациям разрешалось действовать совершенно свободно. За все годы правления Рузвельта это был период высшего торжества реакции.
Что касается закона Смита, который был самым характерным выражением политики этого периода, то Захария Чэфи младший в своей книге «Свобода слова в Соединенных Штатах» писал о нем следующее: