— Что же, отказываться не приходится. Я согласен, — сказал профессор и улыбнулся Рае.
Растерянная и счастливая, Рая стояла среди комнаты, не обращая внимания на присутствующих, которые с интересом ожидали, что она будет делать дальше.
— Простите меня, профессор, — наконец подошла она к Кранцеву и протянула ему руку. — Я виновата перед вами. Я думала — вы злой, и боялась вас, — сказала она по-детски искренне.
— Правильно делала! — засмеялся профессор. — Я действительно злой. Ты убедишься в этом, когда будешь со мной заниматься по геометрии. Если не получишь «отлично», пеняй на себя. Тогда тебе не видать моего автомобиля, как своих ушей. За километр к нему не подпущу.
— А если получу «отлично»? — спросила Рая дрогнувшим от счастья голосом.
— Тогда будешь ездить с нами и даже водить машину. Думаю, что ты с этим справишься, раз тебе удалось быстрее, чем мне, доехать из города.
— Разве вы нас видели? — покраснела Рая.
— Даже пытался нагнать. Я боялся, что вы опрокинетесь.
— Так, значит, это был тогда он! — переглянулись Валя и Шура, сидевшие на окне и не без удовольствия смотревшие на озадаченную всем происшедшим Раю.
Здесь серьезный разговор был прерван шумом какой-то возни у дверей, и в комнату с гоготаньем ворвался перепуганный большой белый гусь, а следом за ним не менее перепуганная Лена, хотевшая только одного — как можно скорее схватить его и убежать вместе с ним.