Горские, так же как и профессор, все еще оставались в Зеленой Речке. Ремонт их городских квартир затянулся, и они ждали, пока там окончательно просохнет. Девочки снова ездили в школу на поезде и уговаривали мать остаться здесь до первого снега. Однако на этот раз Александра Михайловна с ними не соглашалась, и отъезд в город был уже назначен на завтра. А сегодня они проводили последний выходной день на даче.
Перед дачей стоял автомобиль профессора. В нем сидели Шура, Лена и Женя Горские, а за рулем сидел профессор в пальто и больших шоферских перчатках. Они собирались напоследок покататься все вместе и дожидались Раю.
Рая вышла из дому последней.
— Ну, садись скорее, поехали прощаться с Зеленой Речкой, — сказал профессор и завел мотор.
— Позвольте, профессор, а где же ваше слово? — встрепенулась Рая.
— Да, ты права, — вспомнил профессор. — Хорошо, держи руль, — уступил он ей шоферское место и отдал перчатки.
Наконец-то наступила торжественная и долгожданная минута. Рая вполне законно и безбоязненно могла вести машину, куда ей захочется.
Рая пустила машину в ход. Однако не успел еще автомобиль отъехать, как пассажиры услышали громкое хрюканье. За ними вслед что было силы мчался парнокопытный Эдуард в теплой попонке и зимней шапке-ушанке.
Автомобиль остановили, и Лена вышла навстречу своему любимцу.
— Милый Эдуард, — обратилась она к нему серьезно, — ты уже большой и должен понять, что брать тебя с собой нам неудобно. Не сердись, пожалуйста, не упрямься и иди домой.