Во всех квартирах замигали огоньки: удивленные жильцы жгли спички, пытаясь узнать, в чем дело, и лишь кое-где загорелись свечки, хранившиеся у запасливых хозяек.
Но у профессора в квартире, несмотря на усиленные поиски, спички никак не находились.
— Да неужели ты не можешь прочесть этой телеграммы? — едва не плакала профессорша. — Ну, найди какой-нибудь способ, придумай что-либо — ты же профессор!
Но даже профессор тут ничего не мог поделать, он лишь сыпал проклятиями, опрокидывая в поисках спичек посуду в буфете.
— Ну, пойди же куда-нибудь, прочитай ее! Есть же где-нибудь свет. Я боюсь, что с Валей произошло что-нибудь ужасное, — умоляла жена.
Так и не найдя спичек, профессор высунулся в окно, чтобы прочесть телеграмму при слабом свете дворового фонаря. Стараясь разобрать, что в ней написано, он услышал доносившуюся сверху тревожную речь сестер:
— Что теперь делать? Сейчас придет мама.
— Это все твоя дурацкая электрическая мышеловка! Сама же говорила, что она может наделать беду, если с ней неосторожно обращаться, и сама устроила такое безобразие. Ты можешь исправить освещение, Рая?
— Конечно, могла бы — это для меня нетрудно. Но, повидимому, пробки перегорели на столбе или даже в будке. Придется вызывать монтера.
Тут профессор наконец разобрал телеграмму.