— Привет от доктора Чаплиной. И скажите, что я на него очень сердита… Или нет, не сердита, а наоборот…
Валентина засмеялась, смутилась и вдруг показалась Ключникову очень красивой.
— Как же сказать — сердиты или наоборот? — улыбнулся он.
— Ни то, ни другое. Я напишу несколько слов и попрошу вас передать записку… Вот… пожалуйста. Счастливого пути! Передайте привет и скажите, что я очень, очень жалею…
Голос репродуктора заглушил последние слова Валентины. Она торопливо пожала руку Ключникову и быстро направилась к выходу.
Ключников растерянно посмотрел ей вслед.
«Ну вот и пойми: жалеет она, сердита или наоборот?..»
Ключникову стало досадно, что они в продолжение трех часов молчали и насупившись сидели за одним столом, между тем как у них были общие друзья и они могли бы рассказать друг другу много интересного.
Примерно то же подумала и Валентина, когда ее самолет оторвался от земли.
Конечно, она не стала бы рассказывать случайному знакомому, сколько раз она вспоминала последний разговор с Дружининым. Они оба вели себя как дети, и оба были виноваты в размолвке. Если бы Дружинин появился на руднике, Валентина без колебаний отправилась бы с ним на поиски его горячей земли. Она проклинала себя за прежнюю заносчивость. Он не явился на рудник, хотя был совсем рядом. Почему? Неужели она до такой степени задела его самолюбие? Но ведь он сильный мужчина, он должен был извинить ее слабость. И неужели он так и не понял, что она боится за него и хочет уберечь его от неудачи?..