— Тридцать один градус по Цельсию. Почти столько же, сколько здесь сегодня было на солнце.
— Значит, наши строители не мерзнут в Арктике?
— С чего же это они станут мерзнуть? — Ключников засмеялся, — Купаются… В бухте пляж устроили. Сегодня один парнишка-чукча чуть не утонул: кто-то его учил плавать, да, видно, не выучил. Я его спрашиваю: «Что тебя заставляет в такую холодную воду лезть?» Говорит: «Я решил закаляться. Человек должен быть закаленным, все равно буду купаться, пока вода не замерзнет!..»
— А на жару в шахте не очень жалуются? — озабоченно спросил Дружинин.
— Бывает… Но не очень. Понимают, что весь фокус в жаре. Работа идет хорошо. Хочешь посмотреть шахту, Алексей Алексеевич?
— Обязательно.
— Переключайся. Я включусь вслед за тобой.
Дружинин повернул рукоятки. Голос Ключникова сменился глухим шумом, похожим на рокот морских волн. Быстро нарастая, он превратился в оглушительный гул. В нем слышался скрежет и лязг металла, гудение мощных моторов, стук сыпавшегося камня, частые удары пневматических молотков, далекие, приглушенные взрывы, пронзительные свистки, гудки подъемных кранов, сигнальные звонки и сотни иных звуков огромной стройки.
На экране появились очертания остатков диких скал, окружавших раньше пещеру.
Среди огромных глыб и куч разбитого камня виднелись рабочие. Они заканчивали расчистку площадки для электрической станции.