Главный ствол шахты напоминал своим оживлением большую столичную улицу в разгар делового дня или же опрокинутую вертикально, напряженно работающую железнодорожную магистраль с десятком параллельных линий.
Лифты быстро бежали в сиреневой дымке, останавливались у разноцветных огней автоблокировки и двигались дальше, то замедляя, то ускоряя ход.
Дружинину было приятно видеть, как проворно движутся вниз и вверх эти быстроходные лифты. Он хорошо помнил, сколько пережил мороки с ними и как трудно было ему решить сложную проблему транспорта на больших глубинах.
Обыкновенные лифты здесь не годились: они немедленно оборвались бы и упали. Никакой материал не смог бы вынести веса каната в четыре километра длиной.
Здешние лифты, сделанные по проекту Дружинина, напоминали своего рода вертикальные трамваи или троллейбусы.
Они двигались вверх и вниз, крепко держась на трех зубчатых рельсах, укрепленных на стенке шахты. Два, крайние, были несущие, а третий, средний, — опорным. Рельсы служили и для передачи тока вместо проводов.
На каждом лифте были свои моторы, свой квалифицированный вожатый и свой ящик с аккумуляторами, достаточно сильными, чтобы в случае аварии электрической сети доставить лифт наверх.
Несколько в стороне от лифтов поднималась бесконечная цепь ковшей транспортера, выдававшего на поверхность раздробленный камень.
Эта четырехкилометровая цепь представляла собой также одно из самых сложных сооружений необычайной шахты. Она стоила больших трудов конструкторам и строившим ее заводам.
Дружинин с удовольствием смотрел, как ковши, груженные темным, почти черным камнем, ползли вверх один за другим. Тысячи тонн камня поднимались ровным и непрерывным потоком…