Мог же Щупак даже в проруби купаться, чем же он, Темген, хуже?
Он хотел стать одинаково сильным и телом и духом.
С приближением зимы Темгену приходилось ездить все больше и больше.
Дружинин не мог усидеть на месте, он был озабочен и торопился всюду побывать, все ощупать собственными руками, все взвесить и предусмотреть, как генерал, осматривающий войска перед решающим сражением.
Он угощал Темгена шоколадом, который тот обожал, но разговаривал мало и смеялся редко.
Приемник в автомобиле был всегда настроен на волну главного диспетчера Левченко и не выключался пока Дружинин находился в машине. Темгену было категорически запрещено менять настройку.
На этот раз Дружинин с утра поехал на строительство канала для нового русла реки.
До сих пор река проходила довольно далеко от шахты, образуя вокруг нее петлю. Теперь прорывалось новое русло. Оно вело прямо к шахте, которой предстояло поглотить реку целиком.
Новое русло прорезало холмы и скалы ровной глубокой щелью, будто вырубленной топором в каменистой почве острова.
Темген подвез Дружинина к краю обрыва и остановил машину. Внизу на дне выемки, фыркая и содрогаясь, разрывали землю экскаваторы и механические лопаты, напоминавшие огромных железных кротов.