— Что-то поразительное! — говорил Щупак. — Пустишь струю выше — пожалуйста, охлаждение. Пустишь ниже — мелкий щебень летит. Еще ниже и в одно и то же место — большие камни рвутся… Скоро испытание, на него Дружинин с Медведевым придут. Если бы ты попал на испытание, ты бы увидел, да! Но куда тебе, разве тебя можно пускать в забой!..
Пренебрежительный тон Щупака задевал Темгена. Юноша решил во что бы то ни стало попасть на испытание форсунки.
Но как это сделать?
В конце концов Темген рассказал обо всем Любе Струковой, и они вдвоем придумали способ пронять Щупака.
— Все это сплошное хвастовство, Щупак! — однажды вдруг решительно заявил Темген, когда кончилось очередное восхваление форсунки. — Ты так говоришь потому, что я не могу этого увидеть.
— Значит, ты мне не веришь? — удивился дерзости Темгена Щупак.
— Конечно, не верю, — спокойно подтвердил Темген. — Может быть, это ложь с начала и до конца.
— Вот «Заполярная коммуна»! — Щупак сунул под нос Темгену газету. — Читай, вот заметка — здесь написано.
— Ну и что же? Написано, что состоится испытание, и только. Испытывать можно и ерунду, — так же спокойно сказал Темген и затем пустил в ход свой главный козырь. — Мы говорили с Любой. Она тоже не думает, что ты мог изобрести что-либо дельное.
— Темген, опомнись! Что ты говоришь? Никогда от тебя таких слов не слышал! — поразился Щупак.