Все пассажиры глиссера вышли на палубу. С любовью и радостью смотрели они на знакомые очертания порта.
Первой бросилась к приехавшим печально сидевшая у причала тощая рыжая собачонка.
Радостно скуля и повизгивая, она прыгала вокруг Веры и лизала ей руки. Вера взяла собачонку на руки и погладила ее жесткую сбившуюся шерсть.
— Бедная, забыли тебя… Будем, теперь зимовать вместе…
Темген и Люба выкатили из пакгауза автомобили, чтобы отвезти приехавших в поселок.
У всех было ощущение, что они вернулись домой.
В засыпанном снегом, пустынном поселке их обету пили оставшиеся там жители острова. Это были забытые и брошенные собаки, кошки и козы разных мастей и пород. Они бежали за людьми по пятам, лая, мяукая и блея, довольные тем, что снова вернулись хозяева.
Снег шел все сильнее. Хлопало и полоскалось на порывистом, холодном ветре белье. Хозяйки, повесившие его, были уже далеко.
— Будем пока все жить здесь, — сказал Дружинин, останавливаясь около своего дома.
Затем вынул из кармана ключ и открыл дверь, около которой успело намести целый сугроб снега.