Он не понимал, что могло понадобиться этой женщине. У него не было ни малейшей охоты говорить о том, что произошло в институте.
— Нет, подождите! Вам придется меня выслушать, — заявила Люся с настойчивостью, которой от нее никак нельзя было ожидать. — Вы никуда не уйдете, пока не выслушаете меня!
Дружинин вспомнил, что недавно говорил почти то же самое Хургину, и улыбнулся, посмотрев на тонкую фигуру Климовой.
— Слушаю вас. Только прошу учесть: ни у кото ни в чем извинения я просить не стану. И вообще не собираюсь ничего просить в вашем уважаемом институте.
— Оставьте эту чепуху, Дружинин, она вам не к лицу, — прервала его Люся. — Мне нужно поговорить с вами.
— О чем, собственно?
— Вы долго будете вести себя, как обиженный мальчишка? Кто вам дал право так обойтись с Ключниковым?
— Это вышло случайно. Я не хотел просить извинения. Я не боюсь угроз.
— А с чего вы взяли, что он приходил требовать извинения или угрожать вам? — возмущенно воскликнула Люся.
— Что же еще могло ему понадобиться? — насмешливо сказал Дружинин.