— Неужели вы меня помните? — спросил он тихо.
— Помню, — ответила она так же тихо. — И ваш черный кисет тоже…
Дружинин улыбнулся и достал кисет из кармана:
— Он по-прежнему всегда со мной.
— Я думала, вы совсем разучились улыбаться, Дружинин… Вы все тот же мечтатель. А внешне изменились, — Валентина посмотрела на след ожога.
Академик включил радио. Звуки музыки заглушали их разговор.
Казаков что-то с увлечением рассказывал Шелонскому и Алферову.
— Мне пора, — сказала Люся, посмотрев краем глаза на Дружинина.
— Да, да… Я не привык засиживаться так поздно. Пора и честь знать, — присоединился к Люсе Казаков.
Гости стали прощаться.