Опять под лыжи течет белая тропа. Режем снежную грудь земли. Ветер с воем рвет одежду.
— Сворачивай на залив. Здесь ближе.
На заливе разгулялся ветрище. Буйствует, вертит волнами колкую ледяную пыль. Волосы Бахниной, выбившиеся из-под шапки, густо посолены инеем. Щеки повишневели и стали бархатными.
Ветер не дает ходу. Бьет в грудь, валит с ног. Наперекор ему рвемся вперед. В жилах гудит и пламенеет кровь. На залив медленно сползает синь. Пустая даль уже темна и зловеща.
— Добавь шагу!
— Попробуй усилить ход, когда ветер швыряет из стороны в сторону.
Ночь опускает свои широкие и тяжелые крылья на залив. Снег скрипит тонко и жалобно.
— Хоть бы один огонек. Туда ли мы едем?
— Едем куда приедем. Разве плохо очутиться в неизвестном месте?
— Хорошо, но не сегодня.