Мальчики примолкли, но очень не надолго. Первым заговорил опять Дженарино:
— Таниэлло, голубчик, скажи хоть словечко! Ах, зачем ты меня не послушался! Ведь говорил я тебе: держись крепче за мачту. Не зевай. Да и лазить бы не следовало. Поработали-бы мы за тебя маленького.
— Ну, знаешь, или ты замолчишь, или я выставлю тебя за дверь! — возмутился старый матрос.
Мальчики опять притихли.
Около полуночи, среди глубокой ночной тишины, с койки послышался слабый тонкий голосок:
— Пить!
Таниэлло пришел в себя. Дженарино и Тотоно бросились к нему, стали его целовать, обнимать, но матрос схватил их за уши, вытолкнул в дверь и захлопнул ее у них под носом.
— Проваливайте, безобразники! Уморить, что ли, вы его хотите! — крикнул им вслед старик.