Но неудачный поход монголам покоя не давал. Теперь уже монголы потребовали, чтобы Лев шел бить с ними Тройдена. Лев пошел, куда ему было деваться? Но для себя понял: руками врагов уничтожать других своих врагов не стоит – неизвестно, что из этого получится. Северо-восточные князья такими нравственными переживаниями не маялись: они при нужде тут же звали безотказных монгольских карателей, а те, в свою очередь, требовали русских войск для участия в своих походах.
Великий князь Димитрий Александрович
1276–1294
После Василия в 1276 году почти на 20 лет к власти пришел тот самый Ракверовский герой, о котором Карамзин замечает следующими словами: «к несчастию подданных и своему, к стыду века и крови Героя Невского». Новгородцы, которые и прежде его хотели, были довольны, поскольку исполнялось (по Карамзину) древнее правило: «Глава России есть и Глава Новагорода».
Откуда он почерпнул эту мысль, останется на его совести, разве что из времен Ярослава Мудрого, который, будучи киевским князем, считался одновременно и новгородским, но правил-таки через посадника.
Тут же ханы вытребовали русские войска в Орду и использовали русских целых три года для своих завоевательных походов на Кавказ (против ясов) и в Болгарию. Князья не оказывались щепетильными: они ходили. Дмитрий же, которого новгородцы прежде так жаждали иметь у себя, рассорился с горожанами по вопросам владения (он права не имел ничем не оговоренным в списке владеть на этой земле), ушел во Владимир и стал собирать войско против горожан.
Горожане дрожали: их собственный князь разгромил и пожег все, что мог, на Шелони. Ожидали, что он вот-вот ворвется в город и предаст его разорению. Только церкви удалось остановить карающую княжескую руку. Новогородцы этот случай запомнили. И боялись повторения.
А тут еще случилась и общекняжеская склока. Младший брат Дмитрия Андрей поехал в Орду и испросил ярлык на великое княжение для себя. Ему – выдали. Андрей вернулся с надеждой, что станет великим князем. Это Дмитрия оскорбило. А теперь брат созвал подвластных ему удельных князей и решил выгнать старшего из владимирского владения. С князьями на Русь шло испрошенное для утверждения ярлычного права монгольское войско. Разорялось все, что можно разорить.
Дмитрий перепугался и бежал в Новгород. Но новгородцы его не пустили. Они не забыли пылающих жилищ и полей на Шелони. Не слушая оправданий, они призвали на свой стол Андрея. Когда монгольские войска ушли, думая, что ситуация разрешена, Дмитрий стал собирать полки. Андрей снова отправился в Орду и вернулся с новым войском.
За это время Дмитрий уже успел заключить с противными ему князьями мир на всей их воле и клятвенно отказался от Новгорода. Но Андрея это не остановило: монголы проутюжили всю Суздальскую землю. Дмитрий бежал в другую часть Орды – к Ногаю (ногаева Орда занимала весь юг Руси – от Черного моря до Дуная). Жалоба Дмитрия была рассмотрена и удовлетворена: Ногай выдал ему ярлык и согласовал это с ханом в Сарае Тудан-Мангу.