Новгородцы послали к Всеволоду за Святославом. «Сии люди выгоняли Князей, – пояснял Карамзин, – но не могли жить без них: звали к себе вторично Святослава и в залог верности дали аманатов Всеволоду. Святослав приехал; однако ж спокойствия и тишины не было. Распри господствовали в сей области. Князь и любимцы его также питали дух несогласия и мстили личным врагам: некоторых знатных Бояр сослали в Киев или заключили в оковы; другие бежали в Суздаль. Всеволод хотел послать сына своего на место брата, и граждане, в надежде иметь лучшего Князя, отправили за ним Епископа Нифонта в Киев.
Тогда, не уверенный в своей безопасности, Святослав уехал тайно из Новагорода вместе с Посадником Якуном. Народ озлобился; догнал несчастного любимца Княжеского, оковал цепями и заточил в область Чудскую, равно как и брата Якунова, взяв с них 1100 гривен пени.
Сии изгнанники скоро нашли верное убежище там же, где и враги их: при Дворе Георгия Владимировича, и, благословляя милостивого Князя, навсегда отказались от своего мятежного отечества».
Итак, пункт приписки образующейся коалиции против Ольговичей назван – Суздаль. Что же касается новгородцев, те сначала стали просить мономашичей, получили отказ, затем снова бросились за киевским ставленником.
Но было поздно. Всеволод оскорбился. Князя в городе не было. Юрий запер Торжок. «Новогородцы, лишенные защиты Государя, были всячески притесняемы: никто не хотел везти к ним хлеба, и купцы их, остановленные в других городах Российских, сидели по темницам. Они терпели девять месяцев, избрав в Посадники врага Святославова, именем Судилу, который вместе с другими единомышленниками возвратился из Суздаля: наконец прибегнули к Георгию Владимировичу и звали его к себе правительствовать.
Он не хотел выехать из своей верной области, но вторично дал им сына и скоро имел причину раскаяться: ибо Всеволод, в досаду ему, занял Остер (городок Георгиев), а Новогородцы – сведав, что Великий Князь, в удовольствие супруге или брату ее, Изяславу Мстиславичу, согласился наконец исполнить их желание и что шурин его, Святополк, уже к ним едет, – заключили, по обыкновению, Георгиева сына в Епископском доме.
Как скоро Святополк приехал, граждане отпустили Ростислава к отцу».
Вражда между Ольговичами и Мономашичами разгорелась после этого еще сильнее. Хотя Всеволод пытался уладить дела с Юрием Владимировичем, ничего из их переговоров не получилось. Суздальский князь ожидал только смерти Ольговича, чтобы отнять киевский стол.
Перед смертью Всеволод назначил своим преемником Игоря, своего брата. Князья вынуждены были тому присягнуть на верность, хотя многие этого не желали.
В 1146 году Игорь Ольгович принял титул великого князя. Но его правление было краткосрочным и несчастным. Оно началось с народного бунта. Кто взбунтовал чернь, этого летописцы не поминают, но явно это было дело рук противников Ольговичей.