— Ну, так что же?
— А то, что ежели у них только в руках побывает — ну, и готово.
— Ну, а этот тоже?
Работник понизил голос и показал на Батогова.
— А ты думал — нет?
— То-то я заметил, что как он подойдет к юсуповым лошадям, сейчас те ржать начинают, особенно этот гнедой, белоногий.
— А я так думаю, — вставил Каримка, — как бы тут совсем особенного черта не было... Я еще кое-что заметил...
Работники начали о чем-то шептаться между собой. Батогов попытался было вслушаться, да нет: очень уж тихо говорили. Только во время разговора Каримка раза два посмотрел туда, где краснощекая Нар-Беби, растерев на ладонях какую-то белую мазь, умащивала ею свои и без того жирные косы.
— Ну, а Юсуп? — спросил один из шептавших уже громко.
— Да что Юсуп, — отвечал кривой Каримка. — Живет у нас с самого похода в Нуратын-Тау, а кто он — разве кто-нибудь знает, что ли?