У Юсупа начинали заигрывать честолюбивые замыслы.
— Стой!..
— Тише, слушай!..
— Тс!.. Да будет над нами милость Аллаха!
Близко, казалось, что не более, как в пятидесяти саженях, проходил отряд конницы. Многочисленные копыта дробно стучали по твердому грунту степи; кусты колючки шелестели, путаясь между ногами. Но как ни напрягали свои испуганные глаза Юсуп с Батоговым, они решительно ничего не могли видеть в этой непроницаемой темноте.
— Только бы наши не заржали, — шепнул Батогов на ухо товарищу.
— Оглаживай, — говорил ему также тихо Юсуп.
Орлик фыркнул. Батогов похолодел.
Громкий хохот Юсупа покрыл собой глухой топот быстро удалявшихся многочисленных ног мнимого отряда.
— Сайгаки!.. — хохотал Юсуп, — что, небось, струсил?