«Так близко! — подумал Батогов, и у него сердце сжалось от нетерпения. — Так близко! Ведь там русские, там...»
Странное чувство вдруг охватило Батогова: ему стало как будто жалко того, что осталось сзади. Ему захотелось еще хоть немного отдалить эту минуту, когда он увидит желто-серую насыпь катакурганской цитадели и торчащую на ней фигуру часового в русском кепи с назатыльником.
— Эй, эй! — кричал Юсуп, высовываясь из отверстия в крыше одной из сакель.
— Эй! — отозвался Батогов.
— А я корму нашел и себе, и коням.
— Тащи!
— Иди, помогай: кап (мешок) такой тяжелый! Хватай за конец, вот так!
Закинув поводья на шею лошади, Батогов взобрался по выдающимся камням на стену сакли, ухватился обеими руками за край мешка и потащил. Юсуп поддавал снизу, острые края камней прорвали полосатую ткань капа, и по стене побежала широкая желтоватая струя ячменных зерен.
— Держи прореху! — кричал Юсуп.
— Ничего: с нас хватит! — говорил Батогов, сваливая мешок на землю.