— Я назначил цены крайние, какие только возможны; за пределами этих цен — убыток... Верьте вы моей пятилетней опытности...
— Удивительно, я был даже поражен, прочитав в интендантстве ваше заявление. Такая дешевизна!
— А вы его разве читали?
Перлович вздрогнул и задвигал креслами.
— Случайно!
— Я вот именно по поводу этого и хотел переговорить с вами... Мы составляем здесь главную силу... Подорвать эту силу можем только мы сами же. От нас же зависит, чтобы эти силы удвоились, удесятерились... даже более того...
— Я понимаю; вы мне предлагаете союз?
— Не совсем, а добросовестное, братское разделение по специальностям, — именно то разделение, о котором я вам говорил как-то на прошедшей неделе в караван-сарае и сегодня, при начале завтрака!
— Я вполне соглашаюсь с вами и принимаю ваше предложение...
Лопатин протянул через стол свою широкую ладонь, Перлович протянул свою. Над остатками блюда с котлетами совершилось дружественное рукопожатие.