Анфиса Петровна занялась по хозяйству.
***
Совсем стемнело, и давно уже пробили вечернюю зорю на фортовой гауптвахте. Засветились ряды красноватых четырехугольников — казарменных окон; мутная луна поднялась над рекой. Окончил Сипаков свои служебные занятия.
— Ты что, словно как не по себе? — заметила ему заботливая супруга.
— Ничего, что же, я в порядке. Все как следует. А что?
— Важное есть что-либо, надо полагать? — спросил Моисей Касимов. — Верно-с?
— Пустяки все... Что же, господа, преферансик?
— Не поздно ли?
— Что за поздно, самое время. Днем-то выспались, небось?
Уселись за преферанс.