— Это опять жен солдатских на передовую линию вытребовали. Которого батальону, тетка? Эй, ты, слышь, курносая! — сложив руки у рта, кричит другой солдат, из фурштатских.
— Тише ты!
— Чего тише? Хочу — кричу, хочу — нет. Тетка-а!
— Смотри, смотри, вон на куле сидит, толстая такая, в лаптях: право, как есть деревня!
— Пооперятся маленько, погоди: господам офицерам белье мыть станут, живо приоденутся!
— Да вот так как раз с вашего мытья и приоденешься! — откликается из толпы зрителей молодая бабенка в шелковом платке и кумачном платье — значить, уже из оперившихся.
— Ох, ты, пава косоглазая!
— Отстань!
— Чего отстань? Я с лаской!
— Прокофьев, легче: капитан сюда глядит; ишь, усом как повел!