Ледоколов слез с дрожек и рассчитал извозчика.
— Дома нет! — заявили ему в полуотворенную дверь.
— Как дома нет? — озадачился Ледоколов.
— Да уж так-с! — говорил голос за дверями.
— Гм... А госпожа Брозе и их дочь?
— Мадам-то? Сейчас... Тоже дома нет! Должно, что так-с!
Голос за дверями заговорил менее решительным тоном. Очевидно, он справлялся в эту минуту: какого рода ответ надо держать относительно этого непредвиденного пункта?
Тот, кто мог надоумить его, вероятно, говорил одной пантомимой, потому что как ни прислушивался Ледоколов, другого голоса было не слышно.
— Слушаю-с, чего-с? Как-с? Только одни они-с... — шептал голос за дверями.
— Барынь тоже нет дома. Никого дома нет: уехавши! — отчеканил он уже довольно определительно.