— Да, оно здесь немножко людновато!
— Сап-фасонисто очень... милости просим!.. Фу, ты, дьявол, эк качнуло!
— Потому «головолом»... Тащи все за нами!
— Пожалуйте наперед!
— «Обронили-с», говорит, хе-хе-хе! Политичный человек! Сами, мол, знаем, покорнейше благодарим!
— Ты слушай, ежели проезжающий будет или там что еще, так чтобы у меня все в порядке...
Хорунжий Дрыгин взглянул особенно строго на писарское пальто, наблюдавшее за всей сценой, сделал внушительный жест и метнулся к двери. Сипаков зашагал за ним, задев ногой за табурет и повалив его вместе с лежавшим на нем саквояжем.
— Ух, чуть не забыл! Подыми, братец!.. Вот оно тут, мы его для прочности через плечо, рукой за ушко прихватим! «Обронили-с!» Хе-хе!.. Покор...
За стеной загудел приближающийся колокольчик. Сипаков и хорунжий Дрыгин скрылись за дверями.
— Ежели, паче чаяния, сам генерал... — высунулась было из окна голова Дрыгина.