— Ну, обыкновенно, выстрел — и все тут... кто-нибудь... зачем-нибудь... Мало ли что!..
— Нет! По-нашему это вот что: мигом на коней и, на слух, все туда!.. Коли стреляют — значит, беда!.. А коли беда — иди на выручку!.. Вот, что это значит...
Полковник Ларош-д'Эгль поднялся с места, шагнул к хозяину и крепко стиснул ему руку...
— Помню и, конечно, никогда не забуду!.. — сказал он, сел на свое место и, обращаясь уже ко всем, пояснил: — Это была последняя, пятая пуля из моего револьвера. Затем оставалось только вынуть шашку и погибать, потому что их было человек восемь... Не раздайся топот коней и голоса... не появись вовремя, как с неба свалившаяся, помощь — я бы, конечно, не сидел здесь, не пил бы этой мадеры и не любовался бы прелестными глазками нашей милой собеседницы!
— Merci! — протянула та полковнику свою ручку...
Терпугов сделал недовольную гримасу.
— Ну, как вы думаете, господа?.. Почему мы смолкли?..
Хозяин опять обратился к прочим членам компании.
— Да просто потому, что наговорились; речь оборвалась, ну, и перестали!
— Нет, я не про то... А почему именно в эту минуту?.. Ведь мы могли также замолчать и минутой позже!..