Сначала мы опешили, не зная отвечать или молчать. Незнакомец повторил свой вопрос. Мы ответили: да, русские.
– Ну, здравствуйте, здравствуйте, земляки,- неожиданно весело проговорил незнакомец. – Я тоже из России, поляк Войцеховский, но живу здесь, в Марселе, более двадцати лет. Пойдемте ко мне в гости.
Войдя в свою квартиру, которая состояла из двух небольших комнат и кухни, Войцеховский познакомил нас с женой, дочкой и ее мужем – французом.
Жена Войцеховского говорила по-русски неплохо, дочка немного понимала, а зять не знал ни одного слова. Зятю было на вид лет тридцать, он был очень бледен и худ.
Войцеховский предложил раздеться. Хозяйка подала ужин, и все сели за стол.
– Я работаю на литейном заводе слесарем, – рассказывал Войцеховский, – дочь работает на швейной фабрике, зять- чертежником на нашем заводе, а старуха дома хозяйничает. И все-таки еле-еле тянем. До войны было хорошо жить, мы себе ни в чем не отказывали. Всегда были сыты, а теперь стало очень плохо. Если эта проклятая война протянется еще год, то… – Войцеховский не договорил, махнул рукой.- А теперь, дорогие гости, расскажите, как вы попали в Марсель, по какому делу и надолго ли.
Мы переглянулись, как бы спрашивая друг друга, что отвечать. Хозяин заметил наше смущение.
– Да вы не смущайтесь, здесь люди свои.
– Мы из ля-Куртина, – сказал Станкевич.
– По какому же делу прибыли сюда? – спросил снова хозяин.