– Да, с английскими винтовками, – сообщил Кондрашев.
Куртинцев повели в штаб дивизии, где их подробно расспросили, кто они и что их заставило убежать от белых. После этого все они были отпущены по домам. Им дали литеры для бесплатного проезда по железной дороге до ближайшей к месту жительства станции.
* * *
Белогвардейские офицеры, посланные в Африку, свое задание выполняли аккуратно. Через несколько дней после первой партии была отправлена в Россию еще тысяча ля-куртинцев. С этим батальоном ехали три подпрапорщика и один офицер, бывшие ранее на французском фронте.
На судне начальство вело себя вызывающе, придиралось к солдатам на каждом шагу. Ля-куртпнцам это не понравилось, они начали протестовать. Однажды подпрапорщик ударил солдата за то, что тот не козырнул ему. На помощь подбежали товарищи.
– Брось бить, сволочь! – закричал один солдат.
– Кто сволочь? – рассвирепел подпрапорщик и кинулся на говорившего, но был сбит с ног подошедшим сзади солдатом Ковалем.
– Бей шкуру! – закричал Коваль и, схватив подпрапорщика, бросил в самую гущу собравшихся ля-куртинцев.
Избитого оставили на палубе, и все разошлись по местам.
Коваля вызвали в каюту офицера. После допроса офицер распорядился посадить его под арест. Через час Коваль выбил дверь помещения, где он сидел, и ушел в роту. Его снова потребовали к офицеру, но он отказался и заявил: