Ля-куртинские пулеметчики ждали «гостей» с большим нетерпением, и как только первая автомашина фельтенцев вошла в зону пулеметного обстрела, наши открыли по ней огонь. Машина повернула назад и быстро исчезла. Шедшие по другим дорогам автомашины, услышав пулеметные выстрелы, приблизиться к ля-Куртину не решились и также удрали.
* * *
Когда прибывшие из ля-Куртина пулеметы были расставлены на указанных местах, а винтовки розданы солдатам, Глоба запросил сторожевое охранение, как обстоит дело с охраной отряда.
Выяснилось, что куртинцы заняли очень хорошие позиции. Пулеметы были установлены на всех возвышенностях и держали под угрозой всю окружающую местность.
Мы решили, что приняли все необходимые меры предосторожности, и двинулись дальше. Выйдя на опушку леса, выстроились на плацу вблизи Фельтена. Собрание было назначено на десять часов, но мы пришли к одиннадцати, так как задержались в связи со снятием фельтенских застав. Но и в момент нашего прихода на плацу не было ни одного фельтенца. Это возмутило нас еще больше.
– Наставить вот пулеметы да разгромить змеиное гнездо,- раздавались голоса.
Но мы терпеливо ждали.
Прошло полчаса, и из фельтенского лагеря прибыл к нам офицер. Он просил Глобу и членов отрядного комитета пройти в Фельтен для предварительных переговоров.
– Никаких предварительных переговоров вести не будем, – ответил офицеру Глоба. – Здесь вся дивизия, с ней и надо вести переговоры. Поторопите полковника Котовпча.
Офицер уехал. В это время из лагеря вышла в нашу сторону группа офицеров.Мы узнали своих ротных командиров и ждали, что они подойдут к нам и по старой памяти заведут беседу с солдатами. Но офицеры остановились поблизости, даже не поздоровавшись с нами.