Крыса остановил его и, указывая на бутылку, сказал ему:
– Угости, товарищ, щимпанским! Помнишь?… Вместе уголь грузили!
– Чудак! – пожал плечами Недорезанный. – Пошел бы вон туда! – Он указал ногой на пакгаузы, облепленные людьми, как муравьями. – Там этого… щимпанского, малаги и всяких портвейнов до черта! Хоть распоясывайся и купайся!
– Не хочу! – помотал головой Крыса.
– Фу-ты! – рассердился Недорезанный и, ударив золотое горлышко бутылки о камень, крякнул повелительно:
– Скорее подставляй кучму!
Крыса подставил свою облезлую баранью шапку, выкруглив ее, как чашу, и тот наплескал в нее шампанского. Он расправил рукавом свои спутанные, грязно-бурые усы, крякнул и хотел уже поднести драгоценный нектар ко рту, как вдруг увидал эти красные лампасы и холодные стальные иглы.
– Видишь? – сказал он дрожащим шепотом Недорезанному.
– Что? – спросил тот с беспечностью пьяного.
– Солдаты… Вон и казаки…