Все теперь в голове у Ивана окончательно спуталось, перемешалось, и он от досады чуть не заплакал, как ребенок.
Вдруг до него донесся чей-то голос:
– Иван!
Он вздрогнул и увидал опять Наташу.
– Вам пора принять опять лекарство.
Она отлила из синеватой бутылки в массивную серебряную ложку какой-то жидкости и поднесла ему.
Он покорно втянул ее пылающими губами и почувствовал необыкновенную легкость.
Голова посвежела, и память вернулась к нему.
– Вам больно? – спросила она.
– Да… Тут, – простонал он тихо и указал на грудь. – Что же это такое?! Опять ложь, провокация?