— У нас в Эрмитаже закончил работу, теперь возьмусь за вашу литейную. Что это, думаю, за порядок: Донбасс и Минск восстанавливал, Ленинград отстраивал, а в Ашхабаде ни одного кирпича не будет уложенного моей рукой. Нет, так не годится!.. Каменщики среди вас есть?
— Нет, — ответил Ашир.
— Ну, ничего. Я вас учить буду.
Модельщик Вердиян возглавил плотничные и столярные работы. Вместе с Лукьяновым он разметил площадку, отобрал годные бревна, доски, кирпичи.
Для литейной решено было строить здание каркасного типа. Люди буквально набрасывались па работу, но не хватало топоров, пил, молотков. Ашир вспомнил, что у Анны Сергеевны было два топора. Он оставил за себя Федора и поспешил домой.
По пути он воспользовался случаем и завернул на площадь Карла Маркса. Сюда со всего города везли, несли и вели раненых. Площадь превратилась в полевой госпиталь. Под деревьями стояли большие палатки с окнами, Между ними бегали врачи и медицинские сестры в белых халатах. Ухаживать за ранеными помогали школьницы и домашние хозяйки. Здесь пахло хлороформом, иодом, камфарой. Ветер вместе с опавшими листьями гнал по земле клочья ваты, обрывки марли.
Ашир уже приходил сюда, надеясь отыскать Светлану, но никаких следов ее не обнаружил. А сейчас из садика ему послышался ее голос.
Он перепрыгнул через пустые носилки и, натыкаясь на стоявшую прямо на земле посуду, плутая между койками и скамейками, обежал весь садик.
Нет! Ни одной девушки, даже похожей на Светлану!..
Ашир уже совсем было собрался уйти, по заметил возле крайней палатки безмолвно стоящую толпу.