— Кто требует? — не понимал Ашир. Стараясь вникнуть в смысл слов Максима, он наморщил лоб и провел по морщинкам пальцем, словно пересчитал их. — Какого конструктора?
— Коноплев с каким-то парнем пришел, тебя хотят видеть. Они в мастерской, возле твоего резчика возятся. Идем!
— Не мой, а наш, — поправил его Ашир и тут же обеспокоенно спросил — А резчик не испортился, работает?
— Еще как!
Не пропали напрасно труды Ашира и его хлопоты с конструированием станка для резки проволоки. С помощью товарищей он смастерил резчик. Это несложное, но нужное приспособление уже работало, и притом хорошо работало. Над его изготовлением усердно трудился и Максим Зубенко, поэтому Ашир не понимал, почему именно он должен давать объяснения Коноплеву.
— Поговори ты сам с Николаем, — попытался убедить он Максима.
Но Зубенко отрицательно покачал головой. Губы его расплылись в добродушной улыбке, в то время как глаза были попрежнему серьезны. Тонким голоском, еще более певуче, чем обычно, он проговорил:
— Не могу, в этом деле ты всему голова!
Не время было спорить. Ашир положил свои инструменты, помедлил немного возле модели, приготовленной для формовки, но все же отправился в слесарную.
Зайдя в мастерскую, он сразу же увидел Коноплева, склонившегося над его станком. Николай резал проволоку и передавал одинаковые по длине прутики стоявшему рядом с ним Низкорослому пареньку, с челкой светлых волос на лбу и голубыми смеющимися глазами.