— Джордж! Успокойся! Прекрати немедленно!
Однако взбешенный Джордж попытался запугать аптекаря ложью.
— Произошло убийство, и тебя за него тоже арестуют! — про — должал бушевать он. — Я еще увижу тебя в Ньюгейте, а потом и в Тайберне![55]Место публичных казней в Лондоне. Погляжу, как ты будешь болтаться в петле!..
Последовал поток ругательств.
— Черт бы тебя побрал, Джордж! Заткнись!
Лорд Джордж Харуэлл застыл как вкопанный, подняв левую руку, а правой вцепившись в эфес шпаги. Это были первые знакомые слова, которые он за весь сегодняшний день услышал от Ника.
На висках последнего вздулись голубые вены, лицо стало еще более смуглым, на нем появилась странная улыбка, руки вцепились в трость, прижимая ее к телу.
Джорджу, очевидно, более суеверному или чувствительному, чем он выглядел, казалось, что какая-то невидимая сила одолевает Ника, заставляя его бросить трость.
— Осторожнее, Ник! — предупредил Джордж. — Когда ты в таком состоянии…
Тем временем маленький аптекарь, пробиравшийся к двери, чтобы как-нибудь выпроводить буйных посетителей, глянул в большое окно, казавшееся непрозрачным из-за волнистого стекла. Чувствуя себя под защитой сэра Ника, мастер Уиннел поглядел сначала налево, потом направо.