— Ну и что я еще сказал?
— Не сбивай меня с толку! — огрызнулся Джордж, стараясь поточнее все припомнить. — У меня в голове застряли только начало и конец. Ах да… — Он хитро прищурился. — Скажи, Ник, было правдой то, что ты говорил о прошлом милорда Шафтсбери?
— О его прошлом? Что именно?
— Что милорд Шафтсбери в молодости и в начале Великого мятежа[60]То есть гражданской войны., был ярым роялистом и хорошо дрался в армии Карла I, пока…
Фентон выпрямился.
— Пока, — подхватил он, — этот тип, обладающий собачьим чутьем, не понял, что звезда короля закатывается. Как раз перед битвой при Нейсби[61]В битве при Нейсби 14 июня 1645 г. парламентские войска разбили королевские., он перебежал к круглоголовым и стал благочестиво и ревностно распевать с ними псалмы…
— А при Эбботсбери? — подсказал ему Джордж.
— При Эбботсбери, — продолжал Фентон, — он проявил себя таким завзятым круглоголовым, что хотел сжечь заживи захваченный в плен гарнизон роялистов.
Жир капнул с вертела на угли, вызвав злобное фырканье и шипение в очаге, озарившем столовую зловещим красноватым сиянием.
— Но чутье и в дальнейшем его не подводило, — холодно и спокойно продолжал Фентон. — Во время Реставрации он снова превратился в роялиста, стоя с поклонами и улыбками (ибо иногда Шафтсбери бывает очень веселым человеком) среди депутации, приветствовавшей короля Карла II.