— Но, сэр, разве вы не говорили с новым королем, не представили петицию, как делали другие?
— Ну-у! — протянул мистер Рив, махнув рукой. — Я конечно, ходил в Уайтхолл. Но вокруг короля вилась целая стая, причем, безусловно, с более важными просьбами, чем мои. К тому же это была самоуверенная молодежь, разряженная в пух и прах, так что мне было стыдно соваться в их компанию.
Мистер Рив тряхнул головой, отчего пряди седых волос на его плечах дрогнули. Хотя теперь он был чисто выбрит, Фентон легко мог его себе представить с усами и бородкой.
— Говоря откровенно, — признался мистер Рив, — тогда на мне была та же одежда, что и сейчас. Сейчас мне восемьдесят, но и пятнадцать лет назад я был тем же потрепанным старым кавалером без гроша в кармане. Если бы я приблизился к его величеству, эти ребята подняли бы меня на смех. Поэтому я ускользнул потихоньку (чего никогда не делал на поле битвы) со своей петицией в кармане.
— И больше не появлялись при дворе?
Взгляд мистера Рива вновь стал осмысленным и проницательным.
— «Приходи, и я заплачу тебе!»— усмехнулся он. — Ты, я слыхал, один из самых горячих приверженцев придворной партии. Ты знаком с его величеством?
— Я… Он как-то проходил мимо меня в парке, и я поклонился ему. Король вежливо поклонился в ответ.
— Но ты не говорил с ним?
— Вроде бы нет…