Фентон кивнул.
— Джайлс, — сказал он, снова укладывая сахар в пакетик, — оставляю это на твое попечение. Охраняй пакет как следует! Дюжина кусков, съеденных одновременно, может причинить смерть.
— Сэр, я… — начал Джайлс, с опаской беря в руки пакетик.
Он облизнул сухие губы. Было ясно, что невзирая на сделанные им утром намеки и предположения, Джайлс не вполне в них верит.
— Об этом деле следует доложить магистрату, так как оно попахивает Тайберном.
Китти, несмотря на боль, все еще не побежденная, медленно поднялась и повернулась.
— К судье? — завопила она. — Что я, по-вашему, ему скажу?..
Джайлс замахнулся хлыстом, но Фентон удержал его. Китти не смотрела ни на того, ни на другого — она с нескрываемой ненавистью уставилась на Лидию.
Будучи женщиной своего времени, Лидия ни в малейшей степени не была обеспокоена не только неприятными запахами кухни, но и тем, что она здесь видела и слышала. Лидия сидела на ступеньке, опершись локтями на колени и положив круглый подбородок на ладони. Три свечи в серебряном канделябре отбрасывали свет на ее бордовое платье.
Теперь Лидия подняла голову; щеки ее слегка порозовели, а веки опустились. Ни в коей мере не являясь властной женщиной, она не желала, да и просто не могла ею быть. Лидия не чувствовала особой неприязни к Китти за попытку отравить ее — такие вещи случаются, так что же тут поделаешь. Она опустила взгляд перед жгучей ненавистью служанки.