— Ага! — отозвался Джордж. — Это важные подробности! Ибо упомянутое заведение не имело ничего общего с Уэтстоун-Парком.
Уэтстоун-Парк был не парком, а улицей, где обитала добрая половина лондонских шлюх.
— Да! — продолжал Джордж, с отвращением отмахнувшись от Уэтстоун-Парка. — Это истинный храм Венеры, предназначенный исключительно для джентльменов! — Внезапно он воскликнул: — Будь я проклят, Ник! Я же говорил о нем тебе в тот день!
Фентон глотнул из кубка Лидии. За последнее время он приобрел привычку выпивать изрядное количество кларета за ужином и с этой целью держал графин у себя в комнате. Но сейчас, будучи хозяином, он пил мало и сохранял ясную голову.
— В какой день? — спросил Фентон.
— Черт возьми! Да в тот день, когда мы с тобой разыскивали аптеку на Аллее Мертвеца, и ты проткнул шпагой двух забияк! Я начал тебе рассказывать об этом заведении, но ты был так поглощен своими мыслями, что едва не свалился в канаву.
— Да, я помню это.
— Ну, — вмешался мистер Рив, — так что касается борделя…
— Так вот, — продолжал Джордж, обводя сидящих за столом слегка остекленевшими глазами. — Как-то раз я обедал в «Радуге»и после обеда задумался, может ли где-нибудь существовать подобный храм, который я представлял в своем воображении. Я задал этот вопрос обедавшему со мной другу — не стану называть вам его имени, так как он дерзкий нахал.
«Неужели ты такой болван, — сказал он, — что не знаешь о существовании подобного дома в двух шагах отсюда?» Можете себе представить, что я ответил. «Если ты сомневаешься, — заявил он, — я покажу тебе его и научу, как туда попасть». «Laus Veneris![103]Хвала Венере! (лат.). — воскликнул я, побуждаемый любопытством и страстью ко всему новому. — Пошли!»