Фентон кивнул.
— Да, я обратил на это внимание, — спокойно сказал он.
— И я тоже! Вы ушли из дома быстрее, чем я рассчитывал. Мне казалось, что вы больны, и я хотел удержать вас, но разве это возможно? Потом, вспомнив физиономию этой ведьмы, я совсем встревожился и поспешил в спальню миледи.
Ваша жена лежала на кровати, все еще в оранжево-голубом шелковом платье с бриллиантами. У нее была рвота — рядом с ней торчала Пэмфлин. Мне сразу стало ясно, что это снова мышьяк. А теперь слушайте, какие слова миледи вам не передала старая ведьма: «Попросите его прийти, ради Бога, потому что за ужином я приняла яд в пище или в вине, и только он может меня спасти!»
Джайлс сделал паузу и снова бросил быстрый взгляд на хозяина, словно боясь, что этот рассказ окажется для него слишком тяжким ударом.
Но Фентон оставался спокоен. Не то, что он не испытывал горя и боли, но они были скрыты такой крепкой броней, которая могла выдержать удар.
— Яд за ужином? — пробормотал он, наполовину обращаясь к самому себе. — Но ведь ужин был очень ранним. Симптомы должны были проявиться гораздо скорее, разве только Лидия спряталась у себя и молчала, пока я не вернулся из Уайтхолла.
— Именно так она и поступила, хозяин.
— Да, но ведь за ужином я ел ее пищу и пил ее вино!
— Вы забыли, что я присутствовал там и все слышал и видел.