— Ну, сэр, если бы в этом был повинен я, а не вы…
— Я? Каким образом?
На сей раз плечи Джайлса поднялись почти до ушей.
— Наш погреб наполовину забит нечистотами из дома, которые некуда девать, — печально промолвил он. — Вы, член парламента, горячий сторонник короля и придворной партии, пятьдесят раз ругались, стучали кулаком по столу и клялись, что заставите сэра Джона Гилеада[20]Очевидно, тогдашний лорд-мэр Лондона. провести трубу на три дюжины ярдов к основному канализационному стоку, но каждый раз забывали это сделать.
— На сей раз не забуду, обещаю тебе, — сказал Фентон, вновь запрокидывая голову и подставляя шею под бритву.
— Правда, есть еще один способ, — заметил Джайлс.
— Какой?
— Мы могли бы спускать все на улицу, как это делал сэр Франсис Норт[21]Норт Франсис, барон Гилфорд (1637 — 1685) — английский государственный деятель и юрист, с 1682 г. лорд-хранитель большой печати.. Но боюсь, что это разозлило бы соседей.
Теперь слова Джайлса отнюдь не казались забавными.
«Интересно, — подумал Фентон, — каким образом они все еще не перемерли от тифа, не говоря уже о чуме?» Тем не менее он разразился хохотом.